Русские Государи во Владикавказе

Николай I

Александр II

Александр III

Николай II

100 лет Русскому Собранию

Образ русской девушки

Основатель русской авиации

Возвращая долги

Помочь, проекту "Провидѣніе"

Русские Государи во Владикавказе

Немало драматических коллизий выпало за более чем два века его существования на долю Владикавказа. Долгие десятилетия Кавказской войны крепость, а потом город, жил он суровой, полной опасностей жизнью прифронтового, пограничного поселения. В 1917-20 гг. Владикавказ неоднократно переходил от белых к красным, пока не остался в 1920-ом в руках последних, увенчавших свою временную - в масштабах истории - победу геноцидом терского казачества. Не миновала город и Вторая Мировая. Из событий последнего времени выделяются массовые беспорядки в октябре 1981 г., вызвавшие изменения в руководстве Северо-Осетинской АССР, и мятеж ингушских националистов в 1992 г., когда перестрелки в городе и на его окраинах длились несколько дней...

Но были моменты в истории Владикавказа, вспоминая о которых, чувствуешь неподдельную гордость за свой родной город. К числу таковых, безусловно, принадлежат визиты во Владикавказ четырех последних наших Самодержцев.

Николай I

Крепость Владикавказ основана была при Императрице Екатерине Великой, но ни она, ни Павел I, ни Александр I наши края не посещали. И вот в 1837 г. величественный, суровый, но справедливый, Николай I отправляется на мятежный Кавказ. После Высочайшего смотра в Тифлисе, где он посещал гарнизоны, проводил инспекции по военной и административной части, Государь по Военно-Грузинской дороге едет во Владикавказ. Там, между прочим, он вполне мог встретиться с Шамилем, и кто знает, не закончилась ли бы тогда Кавказская война почти на 30 лет раньше? Ведь генерал Клюкке фон Клюгенау встречался в горах с Шамилем и уговаривал его увидеться с Императором лично, попытаться найти компромиссное решение сообща, мудростью двух великих вождей, русского и горского. Шамиль отказался, опасаясь, по нашему мнению, ярости ультрарадикалов из своего окружения, - они никогда бы не допустили подобной встречи, тем более что уже при этом свидании лишь веское слово Шамиля избавило русского генерала от гибели. Это историческое событие изображено на малоизвестной картине кн. Г. Гагарина "Свидание генерала Клюкке фон Клюгенау с Шамилем" (1849 г.).

В ожидании прибытия Николая I во Владикавказ съехалось много начальствующих лиц; крепость несколько дней жила оживленной жизнью. Все разговоры - о скором прибытии Государя, множество слухов, сходящихся в одном: Закавказьем Император остался недоволен, немало было им произведено там удалений и перемещений по службе, кое с кого Царь лично сорвал эполеты (мздоимства, трусости, преступной бездеятельности Николай I не терпел).

И вот, наконец, Государь прибыл! К всеобщей радости, был он в наилучшем расположении духа.

Царь остановился в доме коменданта крепости. Октябрь во Владикавказе обычно солнечный и теплый, и в этот раз погода стояла прекрасная. Государь с бруствера цитадели долго любовался величественной панорамой гор Большого Кавказского хребта, сверкающих своими снежными вершинами, и выше всех - гордый Казбек, воспетый Пушкиным.

Одну "неприятность" подготовили-таки для Императора горские князья и старшины. На обширном поле у Терека (где ныне Русский и Музыкальный театры) они преподнесли Николаю Павловичу в подарок великолепного кабардинского жеребца, еще необъезженного. И попросили лукавые горцы "Великого Падишаха" проехаться на жеребце и оценить - каков подарок? "Ну что ж, поглядим сейчас, какой ты есть, великий Белый Царь!" - говорили их веселые, хитрые взгляды.

Царь, которому шел 41-ый год и который был, к слову, физически силен и неподдельно храбр, решительно направился к коню, едва сдерживаемому за уздцы двумя дюжими джигитами. Одернув полы конвойской терской черкески, Государь - неожиданно очень легко - вскочил в седло. Конь, не ведавший до сих пор над собой всадника, зло напружинился, присел и взметнулся на дыбы! Потом понесся по кругу, шарахаясь из стороны в сторону, и вдруг резко остановился на бешеном скаку, пытаясь сбросить седока. Но Государь не только удержался в седле, но еще круче натянул поводья. Вскоре движения коня стали ровнее, и все увидели, что жеребец уже слушается своего Царственного всадника. Император медленно подъехал к холму, на котором восседали почетные гости из горских князей и старшин, и, ловко спрыгнув с седла, кинул поводья подбежавшим джигитам.

Тогда, видимо, окончательно поднялось настроение у Николая Павловича. И вправду - показать себя лихим наездником куда приятней, чем в гневе срывать эполеты с нерадивых вельмож! И Кавказ показался Монарху спокойным и замиренным - хотя до конца Кавказской войны было еще далеко. "Край везде спокоен. Все ездят без конвоя, даже по самой границе и до Владикавказа", - писал Государь.

На следующий день, отстояв службу в Спасо-Преображенской церкви, при громких криках "ура" и салюте из крепостных орудий Император отбыл в Екатериноград. Высокого гостя сопровождали верхами все начальствующие лица. Николай Павлович, хорошо отдохнув в гостеприимной крепости, остался очень доволен и искренней, радостной встречей, оказанной ему во Владикавказе, и подарком горцев.

Александр II

Государь Император Александр II Освободитель, в сопровождении двух сыновей, Наследника Цесаревича Александра Александровича (в будущем - Император Александр III) и Великого Князя Владимира Александровича, посетил Кавказ в 1871 г. Уже были замирены Дагестан, Чечня, Черкессия; Кавказская война в целом закончилась, хотя отдельные локальные очаги горского недовольства еще оставались.

Высокие Гости побывали в целом ряде поселений. 5 сентября (здесь и далее даты даются по ст. ст.) Монарх посещает Петровск (ныне - Буйнакск), 11-го - последний оплот Шамиля аул Гуниб, 18-го - Владикавказ, ставший уже городом и центром Терской области. После Владикавказа счастья лицезреть Государя удостоились Тифлис, Боржом, Кутаис и Поти.

К прибытию Императора, как к событию неординарному, в Терской области готовились долго и тщательно. На границе области Монарха и сопровождающих его лиц встречали командующий войсками Терской области генерал-адъютант гр. М.Лорис-Меликов, начальник штаба полк. Золотарев и другие местные начальствующие лица. Среди встречавших были по два представителя от пяти наиболее многочисленных народов, населявших область, - казаков, осетин, кабардинцев, чеченцев, кумыков.

Во всех населенных пунктах области - казачьих станицах, горских аулах, русских слободах - народ выходил навстречу Царю-Освободителю с хлебом-солью. Местные жители приветствовали Его Величество народными песнями и танцами. При въезде Императора в города, станицы, укрепления звонили колокола, а воинские начальники, плац-майоры, полицмейстеры и коменданты встречали Государя рапортами на границах своих участков.

На следующий день, 19 сентября, прибывший в столицу Терской области Император произвел смотр частей войск , собранных под Владикавказом. Вечером состоялось народное гулянье в городском саду. Улицы ночного Владикавказа были украшены иллюминацией и фейерверком.

20-го Государь выехал в Тифлис. От Владикавказа до Балты его сопровождали кабардинские князья и уздени, конвойная команда, а оттуда - до Ларса и далее до Казбеги - представители осетинской знати и всадники Терской постоянной милиции. Во время проезда Императора по Терской области ему подавались прошения от лиц разных сословий, в том числе от простых ка-заков и горцев. Позже была создана специальная комиссия для их разбора. На каждое прошение давался обстоятельный ответ, а бюрократам-чиновникам, не разобравшимся своевременно с жалобами до приезда Царя, Его Величеством было выражено порицание.

Можно с уверенностью сказать, что знакомством с Терской областью и Владикавказом Император Александр II остался доволен - об этом свидетельствуют и исторические документы. В память о Высочайшем визите Нестеровский проспект во Владикавказе был переименован в Александровский (при большевиках именовался Пролетарским, Плеханова, Сталина, ныне - пр. Мира).

Александр III

В 1888 г. Александр III Миротворец посетил Кавказ вторично, и вновь осенью. В путешествии с ним также находились его супруга Императрица Мария Федоровна и сыновья - Наследник Цесаревич Николай Александрович и Великий Князь Георгий Александрович. 17 сентября Царский поезд прибыл в Ростов-на-Дону, и оттуда, через Минеральные Воды и Прохладную, проследовал во Владикавказ.

На следующий день около 5 часов пополудни на разукрашенном флагами и зеленью владикавказском вокзале Их Величеств встречали помощник Главного Начальника на Кавказе генерал-адъютант Шереметев, военное начальство, городской голова с гласными городской думы, почетные горожане, просто жители города. Государь Император и Наследник вышли из вагона одетые в казачью форму Терской Сотни Конвоя Его Величества и приняли хлеб-соль от городского головы Владикавказа П. Лилиева. С вокзала Александр III со свитой проследовал в старый (военный) собор, ставший тремя годами ранее кафедральным. В храме были собраны учащиеся всех учебных заведений города. Службу вел Пре освященный владыка Иосиф (в миру - Иван Чепиговский, кубанский казак, потомок знаменитого Захария Чепиги, приведшего черноморцев на Кубань) с сонмом духовенства.

После богослужения Царь отправился в дом начальника области. По улицам всю дорогу Государя встречали толпы народа - горожане и приезжие - с восторженными приветствиями. На площади перед домом Их Величеств встречали представители всех народов и всех казачьих станиц Терской области, а также георгиевские кавалеры. Вечером состоялся обед, на котором подавали, среди прочего, горские национальные блюда и напитки, например, осетинское бархатное черное пиво. Во время обеда играл войсковой оркестр. Город был украшен иллюминацией, повсюду развевались флаги.

19 сентября, в понедельник, который был объявлен праздничным днем, в Высочайшем присутствии невдалеке от военного лагеря происходил смотр войск. Парадом командовал командующий Вторым Кавказским корпусом генерал-лейтенант Н. Цеге фон Мантейфель.

После парада, которым Государь остался чрезвычайно доволен, состоялся завтрак, перед которым Императору были представлены герои-ветераны из нижних чинов Кавказской армии, и среди них 83-летний старик Волошин в форме Нижегородских драгун 1833 г., раненые и инвалиды Кавказской Войны, например Озеров с отрубленными пальцами и 24 ранами по всему телу. И для каждого нашлось у Государя теплое слово приветствия и искренней благодарности за их подвиги и ратный труд.

Вслед за этим Высокие Гости посетили Тенгинскую церковь во имя Св. Апостолов Петра и Павла, где состоялся молебен, и военный госпиталь. После ужина делегации от казачества, местных народов и сословий преподнесли Высочайшим Особам подарки: лошадей, оружие, богатую сбрую, дорогие кавказские сувениры.

На следующий день праздник и гулянья продолжались. В 11 вечера, после молебна, Император, бросив прощальный взгляд на полюбившийся ему Владикавказ, вошел в вагон. Императорский поезд отбыл в Екатеринодар, и далее: Новороссийск, Новый Афон, Батум, Тифлис, Баку, Кутаис... А владикавказцы надолго запомнили визит Царя-Миротворца - в память об этом событии на привокзальной площади была воздвигнута триумфальная арка (разрушена при большевиках).

Николай II

Государь Император Николай II, Св. Царь-Мученик, побывал во Владикавказе в конце ноября - начале декабря 1914 г. Уже шла Мировая Война, в октябре в войну на стороне Тройственного союза вступила Турция, что вызвало открытие Закавказского фронта боевых действий. И посещение Кавказа Государем состоялось накануне турецкого наступления. Поездка Императора на фронт - на виду у турецких пикетов! - была чрезвычайно рискованной, но очень подняла моральный и боевой дух наших воинов, которым через несколько дней предстояло явить героическое, сверхчеловеческое напряжение сил. Ибо произошло известное сражение при Сарыкамыше, и наступление неприятеля было остановлено благодаря железной воле, мужеству и героизму русских солдат и офицеров. Наши войска, под командованием генерал-лейтенанта Н. Юденича, перешли в контрнаступление, разбив в пух и прах несколько турецких корпусов и дивизий.

Маршрут кавказской поездки Государя был таков: Екатеринодар - Дербент - Тифлис - Каре - Сарыкамыш - вновь Каре - вновь Дербент - Владикавказ - Ростов-на-Дону. Императора сопровождали обер-гофмаршал генерал-адъютант гр. Бенкендорф, флаг-капитан Его Императорского Величества генерал-адъютант Нилов, командир Собственного Е.И.В. Конвоя свиты генерал-майор гр. Граббе, флигель-адъютант Дрентельн, гр. Шереметев, гр. Саблин, лейб-хирург Федоров.

4 декабря на расположенной в нескольких верстах севернее Владикавказа железнодорожной станции Беслан Императора встречал генерал-губернатор Терской области и Наказной Атаман Терского Казачьего Войска генерал-лейтенант С. Флейшер. На вокзале во Владикавказе Государя приветствовали губернский предводитель дворянства камер-юнкер С. Бурсак и городской голова Г. Баев. При обходе почетного караула Императору имели счастье представиться депутации: от дворян Терской области, от города Владикавказа и других городов области, от Всероссийского Земского Союза, купеческого сословия, ремесленников, мастеровых и рабочих Владикавказской железной дороги.

С вокзала Николай II с генерал-лейтенантом Флейшером отбыл в новый кафедральный собор на молебен. Почетный конвой следовал верхами за Царским автомобилем. При входе в собор Его Величество был встречен епископом Антонием, произнесшим приветственное слово. Был отслужен молебен, Государь прикладывался к кавказской православной святыне - чудотворной Моздокской (Иверской) иконе Божией Матери, и принял в подарок копию этой иконы. Осетинское духовенство преподнесло в дар Императору икону Св. Георгия Победоносца.

По окончании богослужения Император почтил своим присутствием Терский Войсковой Казачий Круг, который состоялся у собора. Войсковой старшина поднес Царю хлеб-соль, и под звуки Русского гимна "Боже, Царя храни", а затем марша Терского Казачьего Войска Император обошел Войсковой Круг. Затем Николай II принял хлеб-соль также от русского крестьянского населения области и от местных горских народов. Депутация от осетин поднесла Государю 10.000 рублей на нужды раненых, а от живущего в Кизлярском отделе караногайского народа - 5000. Деньги, по Высочайшему повелению, были переданы Наместнику на Кавказе кн. И. Воронцову-Дашкову для раненых Кавказской армии.

Далее Государь посетил медицинские учреждения Владикавказа: лазарет при городской больнице, хирургическую лечебницу в доме Свято-Троицкого братства, 2-ой лазарет при Ремесленной управе, лазарет Союза городов, госпиталь Казачьего Кадетского Корпуса. Его Величество везде беседовал с ранеными и больными солдатами и офицерами, с врачами. Многие раненые воины получили из рук Государя заслуженные награды.

Из Кадетского Корпуса Николай II отправился на вокзал. Перед отбытием Государь Император сказал: "От души благодарю терских казаков за доблестную и верную службу. Передайте Мою благодарность вашим станичникам!". По железной дороге, через Ростов, Царь отбывал в столицу. В пути Государь удостоил генерал-лейтенанта С. Флейшера телеграммой, в которой говорилось: "...Поручаю Вам передать терским казакам и населению области Мою сердечную благодарность за их молитвенные благожелания, с особым удовольствием вспоминаю Мое хотя и недолгое пребывание во Владикавказе среди близких Моему сердцу терских казаков".

Во все дни поездки по Кавказу Император Николай II был спокоен и приветлив. Царю было очень приятно встретить неподдельный патриотический, трогательный, сердечный прием, который встречал его повсюду - и в действующей Армии, и в Тифлисе, и в Карее, и в славном Владикавказе.

Итак, в отличие от советских и послесоветских лидеров, которые не жаловали особо своими посещениями наш город (здесь были Сталин, но задолго до генсекства, Хрущев в последние недели своего правления, да Ельцин в марте 1991 г.), Владикавказ всегда был желанным местом для визитов Русских Государей. Память об этом долго жила в сердцах владикавказцев.

А.Мезенцев

100 лет Русскому Собранию

26 января исполнилось 100 лет “Русскому Собранию”. Именно в этот день в 1901 году товарищ министра внутренних дел сенатор П. Дурново утвердил устав первой, по сути, политической организации русского народа.

Попытки народной самоорганизации для противостояния беззаконию и смуте к тому времени уже имели свою, весьма поучительную, историю. В 1881 г., после убийства Царя-Освободителя Александра II в Петербурге была создана "Священная дружина". Ее назначением была борьба с народовольческим террором. Организация просуществовала около года. Тогда власть собственными силами справилась с террористами. Одновременно в Москве по инициативе М. Каткова и К. Победоносцева была создана "Добровольная народная дружина" для охраны Государя и членов Императорской Фамилии во время их приездов в Москву. В нее входили верующие русские люди, в основном хоругвеносцы. В силу ограниченности своих задач эта организация созывалась эпизодически.

К концу XIX века стал явственно виден отход русского образованного слоя от основ русского мировоззрения: Православия, Самодержавия и Народности. Безверие, политическая фронда и космополитизм становились признаками хорошего тона в среде интеллигенции. Особенно пагубно это действовало на молодых людей. В этих условиях в среде московских интеллектуалов возникла идея: в борьбе за умы молодежи объединить усилия тех, кто еще не порвал духовной связи с основами русского устроения. Так в 1890 г. появился журнал "Русское обозрение", который поставил главной задачей "обозревать всю текущую действительность и все историческое прошлое с русской точки зрения". Вдохновителем журнала был великий русский мыслитель К. Леонтьев. Именно люди, входившие в близкий ему кружок молодежи (Л. Тихомиров, В. Грингмут, А. Александров, о. Иосиф Фудель, В. Розанов и др.), составили костяк журнала. В издании такого журнала были заинтересованы и оказывали ему покровительство К. Победоносцев, министр народного просвещения граф И. Делянов. Для поддержки журнала дважды выделял деньги из личных средств Государь Император Николай II, один раз - вдовствующая Императрица Мария Федоровна.

Наконец, в октябре 1900 г. в среде национальной столичной интеллигенции, убедившейся в той опасности, которую представляла для русского дела космополитичность высших слоев общества, появилась идея создать национальный кружок. Так возникла организация “Русское Собрание”. Она ставила своей целью “содействовать выяснению, укреплению в общественном сознании и проведению в жизнь исконных творческих начал и бытовых особенностей Русского народа”.

Первыми учредителями “Русского Собрания” стали 120 человек. Среди них мы видим тех, кто в последующем встал в ряды бойцов с революционной анархией.

Общество управлялось Советом из 18 человек: романист кн. Д. Голицын, кн. Шаховской, граф Апраксин, кн. Куракин, помещики Кашкаров, Чемодуров, епископ Серафим, редактор первой газеты “Свет” Комаров, постоянно вызывавший раздражение либеральной печати, присяжный поверенный П. Булацель, замечательный публицист, впоследствии редактор “Русского Гражданина”, расстрелянный после революции, проф. Б. Никольский (так же как и Булацель ставший создателем Союза Русского Народа), В. Величко, человек, глубоко преданный русской национальной идее, В. Пуришкевич, один из наиболее известных думских деятелей, создатель Русского народного Союза имени Михаила Архангела (1908 г.), генерал Мордвинов, артист императорских театров К. Варламов.

Поначалу деятели “Русского Собрания” сосредоточили свое внимание на проведении вечеров по истории русской культуры. Проводились заседания, лекции, разные зрелищные мероприятия, выставки. Устраивались конкурсы и присуждались награды, издавались книги и сборники, организовывались путешествия по России.

В 1902 г. в Харькове по инициативе проф. местного, университета А. Вязигина, открывается отдел “Русского Собрания”. Вскоре он начинает издавать ежемесячный журнал “Мирный труд” и различные популярные брошюры из серии “Что необходимо знать каждому русскому человеку”. Русское Собрание издавало с 1903 г. “Известия Русского Собрания (еженедельник), а также “Пахарь” и “Русское Дело” (оба под редакцией С. Шарапова), “Сельский Вестник”, “Русь православная и самодержавная” (в Казани), “Русский Листок”, и еще ряд изданий.

В конце 1904 г. благодаря активности члена правления “Русского Собрания” Б. Никольского в Петербургском университете создается первое монархическое объединение - Кружок русских студентов. Славянофильское учение имело к тому времени немало приверженцев среди молодежи и преподавателей учебных заведений. Таким образом, был положен конец революционному разгулу среди студентов, который сильно мешал учиться и вовлекал их в бесконечные забастовки неизвестно ради чего и зачем. Были основаны кружки правых студентов, получившим название “академистов”. Молодежь монархическая в то время еще была. Один из активных деятелей Союза Русского Народа В. Соколов вспоминал о событиях 1905 г., когда он был студентом: “Во время октябрьской смуты я принял участие в организации Союза возрождения России, кружка, составившегося из профессоров и студентов высших учебных заведений, сторонников учения славянофилов”.

В декабре 1904 г., когда в стране нарастали беспорядки, когда уже готовилась гапоновская демонстрация к Зимнему дворцу, “Русское Собрание” направило к Царю депутацию с адресом, в котором в частности говорилось: “Русское Собрание возникло в те дни, когда обозначилась в русских людях необходимость сплотиться ради мирной работы и духовного противодействия чуждым нашему отечественному укладу течениям... В духовном единении со всеми истинно русскими людьми Русское Собрание знает, что мощь нашей Родины зиждется на нераздельных святынях православия и народности... Мощь России в укреплении русского духа”. Царь принял депутацию благосклонно и пожелал Собранию “дальнейшего развития”.

В рядах “Русского Собрания” были сосредоточены лучшие интеллектуальные силы страны. В больших городах та интеллектуальная элита, которая исповедовала принципы “Православия, Самодержавия и Народности” постепенно объединялась в местные отделения. К 1906 г. в организации состояло ок. 4,5 тыс. человек. Кроме Москвы и Петербурга отделения “Собрания”, имелись в 15 городах (Пермь, Харьков, Варшава, Вильно, Казань и др.). Наибольшей активностью отличается Одесский отдел, в котором председательствовал Б. Пеликан, издававший монархическую газету “Русская Речь”.

В то время быть правым, быть консерватором и монархистом уже значило быть героем. На революционный террор, “власть Хама” в 1906 г. жаловался даже Д. Мережковский. Когда вся печать была враждебна русским началам и глумилась над ними, выражать правые взгляды означало наверняка удостоиться эпитетов “реакционера”, “прислужника охранки”, “жалкого холуя” и т. д. Одна из немногих правых газет того времени “Московские Ведомости”, издаваемые В. Грингмутом, писала о, что деятельность “Русского Собрания” звучит “резким диссонансом в прогрессивном концерте”.

По мере углубления разрушительного хаоса в стране, заседания организации проводятся все чаще, выступления ораторов приобретают полемический характер. Смута вынудила “Русское Собрание” перейти от чтения докладов и проведения литературных вечеров к активной политической деятельности. Была принята политическая программа. В ноябре 1905 г. “Русское Собрание” публикует свою избирательную программу, ставшую основой идеологии многих правых организаций.

Как известно, манифест 17 октября 1905 г. либеральные круги восприняли как ограничение Самодержавия и введение конституции. Правые не признали такой трактовки и настаивали на том, чтобы Царская власть оставалась неограниченной.

В процессе деятельности “Русского Собрания” кристаллизуются и приобретают завершенную форму основополагающие принципы русской патриотической идеологии, давшие толчок развитию всего национального движения и ставшие основой программ многих патриотических организаций.

Принципы эти были таковы:

- Православная Церковь должна сохранить в России господствующее положение. Ей должна принадлежать свобода самоуправления и жизни. Голос ее должен быть выслушиваем законодательной властью в важнейших государственных вопросах;

- Царское Самодержавие, будучи главным залогом исполнения Россией ее всемирно-исторического призвания, в то же время является залогом внешнего государственного могущества и внутреннего государственного единства России;

- Российское Самодержавие основывается на постоянном единении Царя с народом. Царь не тождественен в глазах Русского народа с правительством, и последнее несет на себе ответственность за всякую политику, вредную Православию, Самодержавию и Русскому Народу;

- Верховным мерилом деятельности государственного управления под самодержавным Царем в единении его с народом должно быть народное благо, причем государство, открывая достаточный простор для местного самоуправления, должно блюсти, чтобы это самоуправление нигде не клонилось к ущербу русских народных интересов - религиозных, умственных, хозяйственных, правовых и политических;

- просвещение в России должно расти и крепнуть на тех же началах, на которых выросла русская государственность, а поэтому и государственная школа, не посягая на культурное самоопределение народностей России, должна быть русской школой;

- русский язык есть государственный язык, и все правительственные учреждения обязаны пользоваться государственным языком;

- вооруженные силы и оборона границ должны быть доведены до совершенства, соответствующего величию России, причем все необходимое для государственной обороны должно создаваться внутри страны ее средствами и трудом ее народа, а бремя содержания военных сил должно лечь равномерно на население всего государства;

- национальные вопросы в стране разрешаются сообразно степени готовности отдельной народности служить России в достижении общегосударственных задач. Управление окраинами должно ставить на первое место общероссийские интересы и поддержку законных интересов русских людей. Все попытки к расчленению России под каким бы то ни было видом не должны быть допускаемы. Россия едина и неделима;

- финансовая и экономическая политика должна быть направлена на освобождение России от зависимости иностранных бирж и рынков и должна покровительствовать развитию русских промышленных предприятий и содействовать производительному труду. Сельскохозяйственная политика предполагает благоустройство крестьянства путем улучшения культуры земледелия, развития кустарных промыслов и увеличения площади крестьянского землевладения. Особенное внимание должно быть обращено на подъем коренного русского центра.

Очевидно, что многие из этих принципов актуальны и в наше время, время возрождения идеи Русского Православного Царства.

А.Сорокин

Образ русской девушки

"Отец просит передать всем тем, кто Ему остался предан, и тем, на кого они могут иметь влияние, чтобы они не мстили за Него, так как Он всех простил и за всех молится, чтобы не мстили за себя, и чтобы помнили, что то зло, которое сейчас в мире, будет еще сильнее, но что не зло победит зло, а только любовь..." Из письма Вел. Кн. Ольги Николаевны из Тобольска

3 ноября сего года [статья написана в 1995 г.] исполнилось 100 лет со дня рождения Св. Царственной Мученицы Великой Княжны Ольги Николаевны, счастливой старшей дочери нашего Государя Николая II. Ее благочестивой судьбой стало не "долгоденствие на век" (Пс. 20,5), но великий небесный дар быть невинно убиенной за Правду Божию. Скорбно и печально, что слишком немногие в наше "время тяжкое" (Дан. 12,1) понимают истинный глубокий смысл той мученической блаженной кончины праведной Русской Царевны, вслед за которой в кровавую купель вскоре вошел и весь многострадальный Русский народ. Не бесплодное снисходительное сожаление, но прекрасный назидательный пример подлинно-христианской жизни должны мы обретать, взирая на ее судьбу. "Если око твое будет чисто" (Мф. 6,22), то весьма душеполезно еще раз взглянуть на земной путь благочестивой Великой Княжны, черпая наставления для нашей жизни и исправления.

"Девица же бяше доброзрачна зело" (Быт. 24,16), - так мог бы сказать о ней летописец; доверчивость, искренность и открытость души сопутствовали ей неразлучно; чистота и правдивость тихо изумляли окружающих. Усердие и прилежание сделали Царевну Ольгу образованной и начитанной, а скромность и кротость души не дали места пустому придворному блеску, который, увы, иногда умалял духовные качества некоторых ее царственных предков. Нежная любовь и крепкая дружба ее родителей, а, как известно, Государь Николай II никогда не раздражался и не гневался, взрастила Царевну Ольгу в добре и удалении от ссор и скандалов, ныне во многих семьях, к сожалению, обыденных. Няней Великой Княжны была простая русская крестьянка, привившая своей послушной воспитаннице любовь к Богу и русской старине, так что простонародная речь Царевны часто умиляла родственников.

Посещение храма и чтение церковных книг внушали ей мысль о временности всех земных благ и уберегали от искушения и соблазна власти и величия. Великосветские увеселения не находили отклика в ее душе, как "суета и томление духа" (Еккл. 2,11), поэтому за всю свою жизнь Великая Княжна так и не принимала участия ни в одном бале. Если ее сестра Великая Княжна Татьяна Николаевна отличалась последовательностью и ровностью характера и была сдержанной и менее откровенной, то Ольга поражала прежде всего честностью, прямотой и сильной волей, чем удивительно походила на Св. Великую Княгиню Российскую Ольгу, первую христианскую правительницу тогда еще языческой Руси.

Внезапно пришедшая в 1914 г. Великая Война не могла не явить всей вставшей на борьбу России еще одно качество души Великой Княжны Ольги Николаевны - ее жертвенность и готовность помочь ближнему. Постоянной одеждой ее стало облачение сестры милосердия, украшением - красный крест на груди. Через благородные руки проходили в день десятки раненых. Какое вдохновение и умиление вызывал тяжелый труд Великой Княжны у простых солдат! Они, пошедшие защищать Родину от грозного врага, бесстрашно воевавшие за Веру, Царя и Отечество, претерпевшие лишения и опасности, теперь видели наяву, что и Царская семья без устали трудится "в великом терпении" (2 Кор. 6,4). Облачение сестры милосердия было так по душе царской дочери, что она с крайним нежеланием меняла его на более изысканную одежду для официальных приемов. Кроме труда милосердия в госпитале она в свободное время помогала младшим сестрам шить и вязать теплые вещи для действующей армии.

Бескорыстной и самоотверженной работой в течение всей войны Царевна Ольга как бы говорила раненым солдатам словами Апостола: "Скорбим ли мы, скорбим для вашего утешения и спасения" (2 Кор. 1,6). Кто сможет должным образом оценить ее достохвальный труд? Имеем ли мы хоть малую часть таковых великих заслуг, что тысячи больных и раненых могут сказать нам, как могли сказать ей: "был болен и вы посетили Меня" (Мф. 26, 36)? Не назиданием ли нам звучат эти слова Христа Спасителя, не пример ли это для нас? Найдем ли мы в себе силы так же, как Великая Княжна Ольга Николаевна оказывать милосердие ближнему, не требуя ничего взамен? Поучительно и полезно нам извлечь урок из ее жизненного пути, изобиловавшего богоугодными деяниями и исполненного христианским духом.

Будущая невинная царственная страдалица могла бы избежать мученической кончины, если бы приняла предложение выйти замуж за румынского наследного принца. Но нежная любовь к Родине была сильней, и вместо спокойной долгой жизни королевы единоверной Румынии ей уготовано было свыше несравненно более высокое, Горнее Царство.

Каждому известно, что "весь мир лежит во зле" (1 Иоан. 5,19) и ненавидит все благое и праведное и изгоняет все доброе. Так и для Великой Княжны вкупе со всей Царской семьей, испытанной сполна служении нуждающимся, суждено было пройти испытания гонения и ненависти. В холодные, жалкие и достойные презрения дни февраля-марта 1917 г. начался их крестный путь. П

осле почитания и уважения, которое окружало их долгие годы, они не смущаются оскорблениями; владевшие бескрайней Империей, не отчаиваются в пленении, с терпением и кротостью переносят невзгоды и лишения. Вот со смирением они возделывают землю в Царском Селе, вот идут в церковь, окруженные штыками грубой, разнузданной солдатни, и нет ни в ком из них ни озлобления, ни бесполезного сетования на свою судьбу. Будучи заключенной в Тобольске, а затем в Екатеринбурге, Царевна Ольга читает поучения Святых Отцов, пишет преисполненные верой в Бога письма и стихи и поет в маленьком семейном церковном хоре, когда на дом приходит для служб священник.

Именно за чистую веру, чистое сердце, непорочность и праведность, за то, что была примерной дочерью Царя, Помазанника Божьего, за все добродетели, так ненавистные злу, и приняла свой мученический венец Великая Княжна. Все православные будут непреложно взращивать в себе терпение, мысленно обращаясь к Святой Царственной Мученице Ольге. Сей образ чистой русской девушки пусть вдохновляет нас, слышащих глас Господа Иисуса Христа: "Радуйтеся и веселитеся, яко мзда ваша многа на небесех" (Мф. 5,12).

Н.Савченко

Основатель русской авиации

В этом году [статья написана в 1996 г.] исполнилось 130 лет со дня рождения Великого Князя Александра Михайловича, всей своей жизнью давшего ярчайший пример верности Престолу и Отечеству, неразрывно связавшего свое имя с началом Российских Военно-Воздушных Сил.

Александр Михайлович родился 1 апреля 1866 г. в семье Великого Князя Михаила Николаевича, четвертого сына Императора Николая I, и Великой Княгини Ольги Феодоровны, урожденной Принцессы Баденской. Отец Александра в ту пору служил Наместником на Кавказе, где успешно подавил последние очаги антироссийских выступлений.

Новорожденного Великого Князя сразу зачислили в 73-й Крымский пехотный полк, в 4-й Стрелковый батальон Императорской Фамилии, в Гвардейскую артиллерийскую бригаду и в Казачью гренадерскую дивизию. Сам же Великий Князь еще в детстве высказал желание поступить во флот. В этом Великого Князя поддержал его двоюродный брат, Император Александр III, и, пройдя обучение, в сентябре 1885 г. Александр Михайлович был произведен в мичманы.

В разные годы Великий Князь служил на миноносце "Ревель", броненосцах "Сисой Великий" и "Адмирал Апраксин", командовал броненосцем "Ростислав". На корвете "Рында" он совершил трехлетнее кругосветное плавание, во время которого нанес визиты Императорам Японии и Бразилии, посетил Сингапур, Египет, Грецию. Затем на собственной яхте "Тамара" Великий Князь достиг берегов Индии.

Александр Михайлович пристально следил за развитием военно-морских сил различных стран. Собранные сведения были объединены в ряде сборников "Военные флоты иностранных государств", издававшихся с 1891 г. Проанализировав морскую практику ведущих мировых держав, Великий Князь еще в середине 90-х гг. предупреждал, что "одним из самых вероятных противников России в ближайшем будущем будет Япония… если я не ошибаюсь, война будет в 1903-1904 гг., по окончании судостроительной программы Японии".

По инициативе Великого Князя устраивались частые собрания офицеров флота и армии, на которых они могли совершенствовать свою боевую подготовку, приобретать необходимые навыки. Сначала собрания проходили у лейтенанта Гейдена, а с 1898 г. - во дворце Александра Михайловича. Из собраний возникли отдельные курсы при Николаевской академии Генерального штаба, развившиеся в Военно-морской отдел академии и способствовавшие созданию Морского Генерального штаба.

Особой заслугой Великого Князя было создание уникальной библиотеки с литературой по морским вопросам. Книги для нее присылались с разных концов света, и к 1917 г. библиотека насчитывала 20 тыс. томов (они погибли при пожаре после революции).

6 декабря 1902 г. Александр Михайлович получил звание контр-адмирала и возглавил Главное управление торгового мореплавания, созданное по его почину. В этой должности он состоял до октября 1905 г., но, несмотря на столь короткий срок, Великий Князь сумел разрешить вопросы о выдаче ссуд под суда, построенные в России из русских материалов, преобразовать дело мореходного образования, улучшить быт низших служащих торгового флота.

К сожалению, далеко не все инициативы Александра Михайловича претворялись в жизнь. Так, остался без внимания проект броненосца водоизмещением 16 тыс. тонн, оснащенного исключительно 12-дюймовыми орудиями, разработанный Великим Князем при участии инженера Скворцова в 1898 г. и на несколько лет опережавший отечественное кораблестроение.

С началом русско-японской войны Александру Михайловичу повелели с особой эскадрой пресекать контрабанду в Японию. Вскоре в Красном море Великий Князь захватил 12 судов с оружием и сырьем. Однако протесты Англии и Германии, занявших антироссийскую позицию, а также отрицательное отношение к морской блокаде адмирала Рождественского привели к свертыванию крейсерской войны. Как высокограмотный специалист в морских делах Великий Князь привлекался к обсуждению вопроса о посылке на Дальний Восток 2-й Тихоокеанской эскадры. Александр Михайлович решительно протестовал против отправки флота до его окончательной подготовки. С 1904 г. Великий Князь вступил в обязанности председателя Особого комитета по усилению военного флота на добровольные пожертвования. За два года были построены 18 минных крейсеров и миноносцев.

После Русско-Японской войны Александр Михайлович часто бывал за границей, где на лечении находился его отец. Однажды, в Биаррице, просматривая газеты, он обратил внимание на сообщение о перелете Блерио над Ла-Маншем. Интересуясь и раньше опытами в области авиации, Александр Михайлович оценил пользу от применения ее достижений в военном деле.

Испросив разрешение Николая II, Александр Михайлович вступил в Париже в переговоры с Блерио и Вуазеном. Они согласились предоставить аэропланы и инструкторов. Для финансирования авиационных начинаний Великий Князь решил, с одобрения жертвователей, использовать 2 млн. руб., собранные по всенародной подписке на строительство минных крейсеров после гибели Русского флота в Русско-Японскую войну.

Великий Князь отправил на учебу за границу несколько офицеров. Весной 1909 г. они окончили школу Блерио. В России к тому времени уже были сооружены 1-й аэродром и ангары. Состоялись показательные полеты.

Военный министр Сухомлинов и Великий Князь Николай Николаевич Младший, командующий войсками Гвардии и Петербургского военного округа, а в 1905-1908 гг. - председатель Совета государственной обороны, не видели решительно никакого смысла для армии от нового рода войск. Тем не менее Александр Михайлович продолжал создавать Российские ВВС.

Для подготовки военных летчиков открылись Севастопольская авиашкола, Офицерская воздухоплавательная школа, Гатчинская военно-воздушная школа, курсы при Институте инженеров путей сообщения и другие учебные заведения.

Уже в 1912 г. труды Великого Князя были отмечены в отчете Особого комитета: "Создание воздушного флота бесспорно является историческим подвигом. Без преувеличения можно сказать, что Е.И.В. Великий Князь Александр Михайлович со своими ближайшими сотрудниками по организации воздушного флота положил в России твердое начало русской военной авиации...".

"Общий план организации воздухоплавания и авиации", представленный Великим Князем правительству в марте 1913 г., предполагал формирование 63 авиационных отрядов по 6 самолетов в каждом. Благодаря старательным трудам Александра Михайловича к началу I Мировой войны Российские ВВС имели на вооружении более 200 машин. Для сравнения можно сказать, что в это же время ВВС Великобритании насчитывали всего 70 самолетов, а Австро-Венгрии - 50.

3 января 1914 г. военные летчики получили особую униформу, что было внешним свидетельством признания права авиации являться отдельным видом вооруженных сил. В первые месяцы Великой войны Александр Михайлович встал во главе всей авиации действующей армии. В апреле 1916 г. Великий Князь возглавил вновь сформированное Управление Военно-Воздушного флота. Его штаб разместился в Киеве. Обобщив накопленный опыт, Великий Князь составил и утвердил первый русский устав авиации - "Наставление по применению авиации в войне". Накануне февральской революции, как позже вспоминал Александр Михайлович, Российские ВВС пребывали в наилучшем состоянии и были готовы к новым боям. Начавшаяся революция не позволила реализовать имевшийся потенциал...

В 1894 г. Великий Князь женился на Великой Княжне Ксении Александровне, дочери Императора Александра III. Они имели семерых детей (все они впоследствии вступили в неравнородные браки, лишившие их потомство прав на Престол). Свадебные торжества омрачила безвременная кончина Императора Александра III. С новым Государем Николаем Александровичем Великого Князя связывало не только близкое родство, но и теплая дружба, возникшая между ними с первой встречи в Ливадии в 1875 г. и длившаяся 42 года. В отличие от некоторых Членов Династии, пытавшихся, используя родство с молодым Императором, оказывать на него давление, Александр Михайлович всегда оставался лишь верноподданным и полагал все возможные усилия на служение Трону.

Без преувеличения можно сказать, что Александр Михайлович был одним из наиболее близких к Царской Семье Членов Императорской Фамилии. Тем весомее сведения, сообщаемые Великим Князем об Их Императорских Величествах. В годы Великой войны Александр Михайлович решительно отметал подлые измышления против Государыни Александры Феодоровны: "Из всех обвинений, которые высказывались по адресу Императрицы, ее обвинения в германофильстве вызывали во мне наиболее сильный протест... Попытки найти источники этих нелепых обвинений приводили нас к Государственной Думе".

Вращаясь в высших сферах государственной власти, Великий Князь усматривал зловещие очертания "измены, трусости и обмана", о которых писал Николай II. В начале 1917 г. Александр Михайлович часто бывал в Петрограде, принимая участие в работе комиссии, выяснявшей нужды армии на следующие 12 месяцев. В один из таких приездов Великого Князя навестил председатель Государственной Думы Родзянко. Он обладал "целым ворохом новостей, теорий и антидинастических планов. Его дерзость не имела границ". Осмысливая события, происходившие в Петрограде, Александр Михайлович констатировал в письме Николаю II 25 января 1917 г.: "...правительство употребляет все возможные меры, чтобы сделать как можно больше недовольных... Мы присутствуем при небывалом зрелище революции сверху, а не снизу".

Накануне величайшей смуты не каждый мог увидеть все тонкости коварных кознодейств врагов исторической России, готовивших крушение Священной Монархии. В чем-то не избежал близорукости и Александр Михайлович, но он твердо верил, что "Россия без Царя существовать не может", и просил Николая II неизменно подбирать людей, "преданных монархическому принципу", которые должны составлять "одну голову, один разум, и одну волю". В то же время Великий Князь предостерегал Царя от опоры на капитал, т.к. он находится "в руках иностранцев и евреев, для которых крушение Монархии желательно - тогда не будет препятствий для их хищнических аппетитов".

Александр Михайлович был одним из немногих Членов Династии, находившихся в Ставке при прощании Императора с войсками. Николай II показал ему телеграмму Великого Князя Николая Николаевича с коленопреклоненной просьбой отречься от Престола и горько промолвил: "Даже он!". Александр Михайлович услышал, что "голос Царя впервые дрогнул". Надо сказать, что Великий Князь никогда не питал особых иллюзий в отношении Николая Николаевича. Он помнил его роковое участие в подготовке Манифеста 17 октября 1905 г., диктаторские претензии в начале Великой войны.

До весны 1918 г. Александр Михайлович пребывал под арестом в Крыму, пока туда не пришли немцы. На английском крейсере "Форсайт" Великий Князь покинул Россию. Он пытался использовать имевшиеся у него связи, чтобы обратить внимание держав Антанты на чудовищное положение их верной союзницы - России - под большевистским игом, но вчерашние союзники оставались глухи.

В изгнании Александр Михайлович не нарушил присяги Члена Российского Императорского Дома и был верен Главе Династии Государю Кириллу Владимировичу. В ноябре 1923 г. он, в частности, писал в "Нью-Йорк Герольд": "Российские Основные Законы с полной ясностью указывают, что право на Престол принадлежит Старшему Члену Нашей Семьи, каковым является в настоящее время Великий Князь Кирилл Владимирович".

Великий Князь Александр Михайлович скончался в 1933 г. в Рокбрюне во Франции.

А.Белоусов

Возвращая долги

Прошел слух - хотят убрать из помещения Московского вокзала бюст "Ильича" и заменить его бюстом Петра Великого. Что ж, дело вроде бы хорошее, однако...

Из всех Русских Царей Петру I повезло в советское время гораздо больше других, в значительной мере благодаря чуткой заботе т. Сталина, который почему-то находил в себе большое сходство с основателем Российской Империи. Во всяком случае, памятников и бюстов этому Государю сохранилось намного больше, чем остальным Русским Царям вместе взятым, несмотря на то, что еще в 1919 г. по приказу "верного ленинца" Зиновьева было снесено в Петербурге несколько памятников Петру I. Более того, в наше демократическое время появляются новые "памятники" Царю Петру. Совсем недавно усердием новоявленного "микельанджело", известного под псевдонимом Шемякин, наш город "украсился" еще одним "шедевром" - омерзительным чучелом, восседающим в кресле напротив Великокняжеской Усыпальницы, гнусным пасквилем на Русского Государя.

Вернемся к Московскому вокзалу. Его исконное название - Николаевский; и железная дорога, все еще Октябрьская, тоже Николаевская - в честь Государя Императора Николая I. Да-да, того самого, о котором все советские учебники на протяжения более чем 70 лет твердили, наверное, больше лжи и гадостей, чем о всех остальных Государях, за исключением, пожалуй, Николая "Кровавого". Того самого, при котором наша страна по праву считалась сильнейшей державой в мире; при котором был величайший расцвет русской культуры, а Петербург превратился в прекраснейшую из столиц Европы; при котором был создан Свод Законов Российской Империи, а в тени министерских кабинетов умнейшие государственные деятели, такие как граф Киселев и граф Блудов глубоко и фундаментально разрабатывали подготовительные проекты будущей крестьянской и судебной реформы.

Николай 1 вступил на Престол в тревожное время и в исключительно сложной обстановке. После неожиданной кончины в Таганроге Императора Александра I Благословенного (19 ноября 1825 г.), по Законам России Престол должен был перейти к Великому Князю Константину Павловичу, наместнику Царства Польского, который не чувствуя в себе сил для несения тяжкого груза ответственности за судьбы Империи, уже давно отрекся от Престола, о чем, однако, знал лишь покойный Император. К тому времени, когда пакет с завещанием Александра I был вскрыт, население Петербурга, войска, Сенат и сам Великий Князь Николай Павлович уже принесли присягу Константину. Лишь получив 12 декабря из Варшавы подтверждение отречения старшего брата, Николай Павлович решается принять Царскую власть. Необходимо было принести новую присягу, теперь уже Государю Николаю 1, тем более, что первым это сделал в Варшаве сам Великий Князь Константин Павлович.

Однако, возникшей задержкой воспользовались злоумышленные лица, вошедшие в историю как революционеры-декабристы. Уже давно подготавливали они свое выступление, а некоторые из них, такие как Пестель, Бестужев-Рюмин и Якубович даже планировали цареубийство, но не находили для переворота подходящего случая. И вот он нашелся.

14 декабря 1825 г. в день присяги новому Государю они пошли на безумный шаг: вывели на Сенатскую площадь те воинские части, командирами которых они являлись, и заявили о незаконности этой присяги. Они рассчитывали, пользуясь всеобщим смятением, заставить Николая 1 отречься от Престола и вынудить Сенат подписать задуманную ими "конституцию". При этом они грубо использовали неосведомленность солдат, заверяя что желают только передать власть законному императору Константину и его жене "Конституции".

Молодой Царь сразу же проявил силу духа и в течение нескольких часов решительно подавил мятеж. Жертвами этого бессмысленного выступления стали десятки ни в чем не повинных солдат и любимый ученик Суворова, герой Бородина и Красного, граф Милорадович, предательски убитый выстрелом неврастеника Каховского. Вскоре было подавлено выступление мятежников в Киевской губернии. Государь прочно воцарился на Престоле. А затем последовало суровое, но, справедливое наказание: пять наиболее виновных в происшедших событиях заговорщиков били казнены, остальные отправлены в ссылку и на каторгу в Сибирь или рядовыми на Кавказ.

Лучшие люди того времени с пониманием отнеслись к решению Царя (многие даже считали это решение слишком мягким). Ни Жуковский, ни Пушкин, ни Грибоедов не поддержали мятежников, хотя со многими из них их в прошлом связывали дружеские отношения. Зато они сделали все возможное, чтобы облегчить участь своих заблудших друзей и немало преуспели в этом.

Началось славное тридцатилетнее правление Государя Николая I. Твердой рукой подавлял Он всяческие попытки насильственно изменить Богом данный России государственный строй. А с другой стороны, все Его царствование являлось длительным подготовительным периодом к тем великим реформам, которые были осуществлены Его Сыном. Он был личным цензором Пушкина, которого считал умнейшим человеком России, Он сделал Жуковского наставником Наследника Престола, при Нем творили Гоголь и Лермонтов, Тютчев и Кольцов, Глинка и Брюллов, Монферран и Тон, открывали новые земли Литке и Невельской, -делали великие научные открытия Лобачевский и Струве, одерживали победы Паскевич и Нахимов. Были ли у Него ошибки? Да, были, но это были ошибки не ума, а сердца. Он был слишком рыцарски благороден и слишком верил людям. Его сразила человеческая неблагодарность.

Крымская война; объединенная победа всей Европы (Англия, Франция, Италия, Австро-Венгрии) и Азии (Турция) над Россией; даже не победа, в полном смысле этого слова, ведь был захвачен лишь Севастополь, а лишь военная удача, удача, оскорбительна и для престижа России.

Конечно, Николай I не мог доверять избраннику толпы Наполеону III. Но Он никак не ожидал, что правительство Англии, которую Он весьма любил, объединится с Наполеоном для поддержки извечной угнетательницы христиан Турции. Еще меньше Он мог предполагать, что против России выступит "удивившая весь мир своей неблагодарностью" Австрия, только что спасенная русскими войсками от революции. Не пресловутая "техническая отсталость", а силы объединенной Европы сразили Его, хотя слава Синопа и подвит Севастополя покрыли русское оружие неувядаемой славой.

Технической отсталости не было. Просто Россия - не Англия и не Бельгия, где небольшая территория, высокая плотность населения и сконцентрированность в одном месте запасов каменного угля и железной руды способствовали в тот период бурному подъему экономики и особенно железнодорожному строительству.

Опутать сетью железных дорог маленькою Бельгию гораздо проще, чем гигантскую Россию. Но и Россия не стояла на месте. При Николае I появляются технические учебные заведения, такие как Институт Гражданских Инженеров в Петербурге, Технологические институты в Петербурге и Харькове. Политехнический институт в Киеве и др., Его любимым детищем была Николаевская Военно-Инженерная Академия...

Именно Он настоял на необходимости строитель отва железной дороги Петербург - Москва. Он же на стоял на том, чтобы она была прямой как стрела и даже с эстетической точки зрения удовлетворяла самым высоким требованиям. Прекрасные вокзалы, в Петербурге и Москве, элегантные станции с роскошными ресторанами, приведшими в восхищение даже видавшего виды французского писателя Теофиля Готье, ажурные мосты через реки и овраги, комфортабельные вагоны, вызывали восторг даже у людей далеких от техники. Вспомним хотя бы "Попутную песню" Глинки на слова поэта Кукольника.

И вот идет спор - чей же бюст должен украсить здание Николаевского вокзала. Мы думаем, что спор излишен - Государя Императора Николая I. Легко решить и вопрос о скульптуре. Не надо вызывать Шемякина! Слава Богу, в фондах наших музеев хранятся бюсты этого Государя. Один из них, работы скульптора Рауха, недавно экспонировался в залах Мраморного дворца. Есть и другие. Бронзовая копия одного из них была бы и украшением вокзала, и памятником инициатору его создания.

Е. Лукашевский

Помочь, проекту
"Провидѣніе"

Одежда от "Провидѣнія"

Футболку "Провидѣніе" можно приобрести по e-mail: providenie@yandex.ru

Застолби свой ник!

Источник — http://monarhist.info/