• Посм., ещё видео
Почему вклады замораживать не будут, я подробно объяснил в свежей статье в «Школе Капитализма», где я сравнивал выгодность банковских депозитов и коммерческой недвижимости. Процитирую фрагмент (ссылка):
Дело в том, что у заморозки вкладов есть менее ядовитая альтернатива — допечатывание рублей. В самом деле, допечатывание рублей просто повышает инфляцию, что терпимо. Заморозка вкладов тоже повышает инфляцию, но дополнительно к этому она калечит банковскую систему и убивает доверие населения к национальной валюте, разом откидывая страну в эпоху лихих девяностых. Напомню, тогда все деловые люди ходили с пачками наличной валюты, а цены во многих магазинах буднично указывали в у. е. — в «условных единицах», приравненных к одному доллару США. В 1941 году эти соображения были не настолько важными, так как советская экономика была устроена иначе: Сталин хотел избежать набега покупателей на магазины, например. Сейчас у нас принципиально иная экономика. В 2026 году портить банковскую систему просто не нужно.
В общем, я более-менее уверен, что государство не захочет отпиливать себе ногу в ситуации, когда для решения проблемы достаточно просто вынуть её из ботинка… особенно на фоне высоких нефтяных цен и терпимой наполненности бюджета.
Откуда идут эти слухи, тоже понятно: от застройщиков, строителей многоквартирных домов. Это общеизвестный факт, но чтобы не быть голословным, я процитирую старую реплику одного из владельцев Совкомбанка (ссылка):
…Я бы не сказал, что слух про заморозку вкладов, который был на пике в информационной повестке в IV квартале, совсем не имел никакого действия. Это блестящий креатив пиарщиков крупнейших девелоперов и риэлторских компаний. И действительно, мы видели определенный переток с банковских вкладов в пользу покупки недвижимости. По нашей оценке, на такие покупки пришлось около 10% спроса в конце прошлого года…
Строительная отрасль обласкана государством, которое помогает ей за наш с вами счёт. Достаточно вспомнить льготную ипотеку, которая увеличила прибыли застройщиков, сделав квартиры менее доступными, и материнский капитал, который нельзя потратить на памперсы, но зато можно отправить какому-нибудь застройщику на счёт.
Вообще, попытка сломать банковскую систему — действие враждебное. К примеру, именно такой способ борьбы против России пытались использовать ленинцы сразу после Русско-японской войны. Даже мягкое правительство Николая II сочло, что это уже чересчур: оно конфисковало и закрыло газеты, опубликовавшие призыв забирать вклады из банков.
У нас застройщикам всё сошло с рук. Конечно, они не пытаются захватить власть, как Лев Троцкий в 1905 году: они просто хотят, чтобы напуганный обыватель снял деньги с депозита и вложился в покупку новой квартиры. Однако действие то же самое: удар по банковской системе России. Меня, миноритарного акционера некоторых банков, это раздражает.
Кстати, как это обычно и бывает, перформансы и лоббизм застройщиков не идут им впрок. Организовать хитрую комбинацию, чтобы снять с общества денежную стружку — это ведь только полдела. Надо ещё и построить дома достаточно быстро, дёшево и качественно, чтобы выйти после их продажи в хороший плюс. С этим застройщики справляются хуже. Сейчас вот профильный вице-премьер говорит, что, цитирую, «запас прочности у застройщиков жилья в России практически исчерпан» (ссылка). Почему я не удивлён?
— О чём же задумались, Михаил Васильевич?
— Вот почему два плюс два и два умножить на два дают одно и то же, а три плюс три и три умножить на три — нет?
Сержант отдал документы водителю, идёт к посту, чешет подбородок. Майор в недоумении. Сержант объясняет: так и так, если сложить, если умножить…
— Петренко! Ты должен не складывать и умножать, а отнимать и делить!
Вот и с коммунистами тоже получается наоборот. У них на рекламных плакатах сплошное освобождение и строительство. То какие-то босяки цепи портят, то крепкий молодец идёт на стройку с огромным молотом на плече.
Однако ведь в реальной-то жизни никто коммунистов в тюрьме не держит, да строить коммунистам тоже не запрещено! У нас свободная страна: можно переезжать, причём даже в другую страну, можно иметь собственность и вообще заниматься чем угодно, от ловли бабочек до прокладки железных дорог. Какая ещё нужна свобода? Свобода брать водку с полки и выходить из магазина, не заплатив? Коммунисты могут завтра же объединиться в коммуну, купить землю и строить там хоть колхоз, хоть заводской цех, хоть ленинский зиккурат. Если судить по плакатам, их борьба… выиграна, причём давно.
При этом все странности исчезают, если мы предположим, что коммунисты хотят ровно обратного: разрушать и порабощать. Тогда всё сходится.
Во-первых, коммунисты мечтают разрушить существующее общество: они прямо говорят, что их главный враг — Россия, которую мы с вами строили 33 года. Во-вторых, после захвата власти они хотят поработить народ, чтобы заставить его воевать за коммунистов и бесплатно работать на строительстве очередных коммунистических пирамид.
Христо Раковский, румынский социалист, родом из Болгарии, выпускает русскую социалистическую газету в Стокгольме. Раньше он был связан с нами и работал на нас в Румынии. Раковский спрашивает, может ли его жена, находящаяся сейчас в Бухаресте, получить разрешение приехать к нему в Стокгольм. Эта просьба, поддержанная послом Болгарии, удовлетворена.
Факт неоспоримый. Историк Александр Дюков опубликовал сегодня изображение процитированного документа (ссылка), а если кто-то не доверяет господину Дюкову, то может лично съездить в архивы и переснять.
До Первой мировой товарищ Раковский занимался революционным экстремизмом, а в 1914 году, когда на Россию напал Германский рейх, занял ленинскую позицию пораженца и нетвойниста. Одной позицией дело не ограничилось: к примеру, Раковский профинансировал русскоязычную газету «Наше слово» — аналог нынешней «Медузы» — на деньги, полученные от своего австро-германского начальства. Также известно, что в марте 1915 года через Раковского прошёл миллион немецких марок — огромная сумма в то время — на ведение «мирной пропаганды» в России, то есть на продвижение ленинской идеи поражения русского «царизма».
После революции 1917 года Ленин поставил Раковского руководить украинским направлением, где тот занялся главной своей задачей, расчленением России. Будучи фактическим главой региона, товарищ Раковский достиг значительных успехов: коммунисты отрезали Украину от России, выделив в отдельную республику, снабдили кадавра конституцией, а потом официально начали масштабную украинизацию, евреизацию и дерусификацию. Официально — это значит в виде громкой публичной кампании сверху, с дерусификацией школ, увольнениями за русский язык и уголовными делами для тех, кто недостаточно бодро переходил на мову (ссылка).
В 1921 году Раковский пролоббировал выделение миллиона рублей золотом — астрономическая сумма для голодающей Советской России! — на закупку за границей букварей на украинском языке (ссылка). Учебники были старые, ещё с австрийским императором Францем Иосифом, и если бы не удивительная щедрость большевиков, они пошли бы в лучшем случае в макулатуру. Таким вот неожиданным способом миллион марок, потраченный врагами России на революционную пропаганду в 1915 году, вернулся им через 6 лет.
При Сталине Раковский работал советским представителем в Британии и во Франции, потом занимался политической борьбой внутри СССР, в итоге пришёл к классическому концу старых большевиков: был очередной раз исключён из партии, арестован, подвергнут пыткам и посажен в тюрьму. Второе нападение Германии Раковский застал в Орловском централе, где и был расстрелян в сентябре 1941 года вместе с другими заключёнными при отступлении советских войск. Его жена, Александрина Раковская, умерла в лагере под Свердловском значительно позже, в 1951 году.
Интересный факт: сталинским следователям было настолько безразлично реальное положение дел, что они записали Раковского не австрийским шпионом, каковым он реально являлся, а японским и английским, каковым он очевидно не был и не мог быть.
Про «шовинистов» я не шучу. Цитирую Владимира Ильича (ссылка):
… язык великороссов, составляющих меньшинство населения России, навязывается всему остальному населению России. В каждой школе преподавание государственного языка должно быть обязательно. Все официальные делопроизводства должны обязательно вестись на государственном языке, а не на языке местного населения.
«Доводы» черносотенцев, конечно, коротки: всех инородцев необходимо держать в ежовых рукавицах и не позволять им «распускаться». Россия должна быть неделима, и все народы должны подчиняться великорусскому началу, так как великороссы будто бы были строителями и собирателями земли русской…
Всё очень узнаваемо: иноагенты и сейчас не слишком-то изменились, по-прежнему приходят в ярость от слова «русский». К счастью, перевести наш язык на латиницу большевики не успели. Пока готовились, революционный угар развеялся, и задачу отложили до лучших времён. А вот языки других народов латинизировали в 1920-е весьма активно: например, татарский, таджикский и туркменский (ссылка, ссылка). В наше время некоторые республики бывшего СССР делают то же самое: идут на любые изменения языка, чтобы отдалить его от русского.
Оно и понятно. Луначарский — 1875 года рождения, в 1917 году он был уже зрелым 42-летним мужчиной, классическим иноагентом. Он не любил Россию, так как был интернационалистом и космополитом в худшем смысле этих слов.
В 1918 году Луначарский читал лекцию на педагогических курсах в Петрограде. Будущим учителям он объяснял:
…пристрастие к русскому лицу, к русской речи, к русской природе… — иррациональное пристрастие, с которым, быть может, не надо бороться, если в нём нет ограниченности, но которое отнюдь не нужно воспитывать…
Это не вполне верно. Большевикам было нужно продовольствие, поэтому они накладывали на крестьян суровые повинности и с жестокостью сицилийских мафиози расправлялись с теми, кто не мог выплатить им дань. Из неоспоримого сошлюсь хотя бы на знаменитые письма Шолохова Сталину, где писатель жалуется, что комиссары совсем уж озверели: пытают и убивают колхозников, а когда им нужно мясо, силой забирают коров из семей, где корова ещё есть.
Письма Шолохова датируются началом 1930-х годов. Наверное, теоретически колхозник и вправду мог расслабленно «собирать грибы»… но тогда что бы он сказал коммунистам, когда те подвесили бы его за шею и начали ломать ему суставы, требуя сдать хлеб?
Единоличников ошкуривали даже сильнее, чем колхозников. К примеру, некоторым крестьянам коммунисты давали так называемое «твёрдое задание»: приказывали под угрозой быстрой расправы сдать большой объём продуктов по списку. Вот пример такого задания (ссылка):
На основании постановления президиума сельсоветом дано твёрдое задание в поставке нижеследующего: хлебозаготовок — 10 центнеров, картошки — 15 центнеров, мясозаготовки — 9 центнеров, кур — 10 штук, гусей — 10 штук, перо — 30 кг, льно-куделя — 30 кг, пеньки — 20 кг, кож разных — 5 шт. Срок выполнения твёрдого задания — 24 часа. Председатель сельсовета Важенин, секретарь Бобрик. Объявлено 24 ноября 1931 года.
Если крестьянин не мог откупиться, то его раскулачивали, то есть отбирали всё и ссылали вместе с семьёй в северные необжитые места без продовольствия, тёплой одежды и инструментов. Это означало тяжелейшие испытания, а зачастую и смерть для многих членов семьи. Если крестьянин как-то изворачивался, занимал у соседей и отдавал коммунистам запрошенное, то его могли на некоторое время оставить в покое — до следующего «твёрдого задания».
Также надо учесть, что коммунисты заставляли колхозников работать не только в поле или в коровниках, но и на других повинностях. Цитирую, например, из недавнего обсуждения:
Работали весь год, минимум 150 трудодней. И трудодень не равен календарному дню — если колхозник не мог выработать за день норму по сбору сена, вырубке дров и т.д. то трудодень ему не засчитывали. Также существовали обязательные работы помимо трудодней: к примеру, каждый колхозник начиная с 1930-х годов должен был отработать 6 дней в году на строительстве и ремонте местных дорог (единоличники — 12 дней). Ещё колхозников гоняли на бесконечные субботники и воскресники.
Работать должны были и дети. Для членов семей колхозников в возрасте от 12 до 16 лет [позже] были установлены трудодни в размере не менее 50 трудодней в году (в реальности больше).
Добавлю к этому, что дорожную повинность колхозники должны были отрабатывать со своими лошадьми и инструментами. Где их брать — проблемы колхозников.
Рекомендую полистать газету «Никольский коммунар» за 1930-е годы (ссылка). Один из повторяющихся сюжетов — наказание крестьянина, который не смог вовремя сдать мясо или, скажем, нарубить лес.
А вот для иллюстрации несколько выдержек из письма Сталину от бывших красных партизан из колхоза имени Карла Маркса. Это 19 сентября 1931 года (ссылка):
…стали мы хуже, чем были наши деды барскими. Нет нам ни одежи ни хлеба, работаем как скот, голодные, разутые, раздетые… …всех крестьян разорили, скот весь передушили, села все поразрушили, нас оголодили, сделали нас как оборванных собак… …местным брехалам, коммунистам, которые насильственным путем отнимают у нас у бедняков последних телят и овчишек… Наши руководители больше ничего не научились, как только громким словам: оппортунист, да обобществить, отнять, отобрать, раскулачить, снять, а сами они жандармы. Прогуливают наше достоинство, да издеваются над нами как над собаками… …мы хозяева грешные работай без выходных, а то хлеба не дадут, мы и жарим день и ночь без копейки и без хлеба натощак за то, что мы хозяева…
…всех крестьян разорили, скот весь передушили, села все поразрушили, нас оголодили, сделали нас как оборванных собак…
…местным брехалам, коммунистам, которые насильственным путем отнимают у нас у бедняков последних телят и овчишек… Наши руководители больше ничего не научились, как только громким словам: оппортунист, да обобществить, отнять, отобрать, раскулачить, снять, а сами они жандармы. Прогуливают наше достоинство, да издеваются над нами как над собаками…
…мы хозяева грешные работай без выходных, а то хлеба не дадут, мы и жарим день и ночь без копейки и без хлеба натощак за то, что мы хозяева…
Другими словами, советский период следует разделить на две больших части.
При Ленине и Сталине крестьян выдаивали досуха, не стесняясь идти на самые жестокие меры. Как выразился по этому поводу Иосиф Виссарионович, «мужик нам должен». При Хрущёве гайки ослабили, а продовольственную проблему начали решать путём закупки зерна у империалистов.
Большевики тоже деятельно помогали австрийцам, особенно после начала Первой мировой войны, и тоже не преуспели. Однако немедленно после Октябрьской революции Ленин и Сталин запустили работу по отделению Украины от России. Для этого они с 1917 по 1953 годы сделали следующее:
1. Отрезали от России русские земли и назвали их «Украинской ССР». 2. Дали Украинской ССР огромную степень автономии и независимости от центра. 3. Провели дерусификацию. 4. Провели масштабную коренизацию, силой насадив украинский язык в школах, вузах и государственных учреждениях. 5. Раздули всё «украинское», начав с масштабной закупки учебников на украинском у австрийцев.
2. Дали Украинской ССР огромную степень автономии и независимости от центра.
3. Провели дерусификацию.
4. Провели масштабную коренизацию, силой насадив украинский язык в школах, вузах и государственных учреждениях.
5. Раздули всё «украинское», начав с масштабной закупки учебников на украинском у австрийцев.
Мы можем обвинять Хрущёва и Брежнева в том, что они допускали рост национализма на окраинах, однако не факт, что они удержались бы у власти, если бы не поддерживали общий русофобский курс. После смерти Иосифа Виссарионовича, выстроившего систему под себя, формальный глава государства имел уже недостаточно веса, чтобы спорить с нацреспубликами иначе как по мелочам. У РСФСР, напомню, права голоса в Советском Союзе не было вообще. В Москве заседали не элиты русской «метрополии», а представители Украинской ССР и прочих «колоний», оккупировавших Россию.
Неудивительно, что после 70 с лишним лет правления коммунистов Украина дружно выбрала в качестве национальной идеи формулу «Украина не Россия». Последствия мы разгребаем до сих пор.
Это было краткое содержание предыдущих серий. Теперь сошлюсь на источник, который на днях запросили у меня в комментариях неокоммунисты.
О том, что на Украине до 1917 года не было значимого сепаратизма, а потом коммунисты его организовали, официально докладывал в 1924 году Дмитрий Мануильский, он же Мефодий, он же Фома, он же Иван Безработный. Сложно обвинить этого высокопоставленного большевика в самодеятельности: напротив, он так чутко улавливал колебания линии партии, что успешно пережил репрессии и умер своей смертью в Киеве уже при Хрущёве, в 1959 году.
Свою знаменитую речь он произнёс на Пятом конгрессе Интернационала. Прочесть её целиком можно вот тут (ссылка)
(ссылка), на странице 967. Товарищ Мануильский был тогда членом Президиума Исполкома Коминтерна и основным докладчиком, поэтому его речь была заключительной, он подытоживал дискуссию. Я приведу две цитаты. Вот про отделение Финляндии:
До революции Российская Коммунистическая Партия энергично отстаивала право на отделение от царской империи Финляндии. Когда в октябре мы взяли власть, мы стали перед вопросом: должны ли мы поддерживать это право на отделение от России рабоче-крестьянской? Вы понимаете, товарищи, что отрыв Финляндии на этих условиях означал, что часть той территории, в которой было многочисленное пролетарское население, фактически уходила в лагерь буржуазных государств, вырываясь из-под режима пролетарской диктатуры. Казалось бы, мы должны были противиться отделению Финляндии. Но в эту эпоху мы имели пред собой мобилизованным весь буржуазный великорусский национализм, который считал отделение Финляндии изменой интересам отечества.
Если бы мы в этот момент отказались от права на отделение Финляндии, мы посеяли бы во всех народностях, населявших царскую империю, недоверие к молодой рабоче-крестьянской власти. Мы сознательно пошли на эту жертву в интересах революции в целом, в интересах укрепления пролетарской диктатуры в нашей огромной стране. А вот про отделение Украины:
…у товарища Сталина можно найти ответ на этот вопрос. Конечно, мы не поддерживаем отделения во что бы то ни стало всякой нации, — всё зависит от конкретной исторической обстановки и от той ступени, на какой находится национальное движение той или иной страны. Но делать из этого вывод, что коммунистические партии великодержавных наций должны противиться отделению, является ошибкой.
До революции мы на Украине не имели глубокого сепаратистского движения, и, тем не менее, в интересах борьбы с великорусским шовинизмом, наша Российская Коммунистическая Партия отстаивала энергичнейшим образом право на отделение Украины, подвергаясь обвинению со стороны великорусской шовинистической стихии в сотрудничестве с украинскими националистами.
К этому можно было бы многое прибавить. К сожалению, если подробно рассказывать, как именно коммунисты отделяли Украину от России и делали из малороссов современных украинцев, то материал не влезет ни в пост, ни в научную статью, ни даже в толстую книгу: потребуются многие тома. Поэтому сегодня я ограничусь только товарищем Мануильским (про которого спрашивали читатели) и академиком Сталиным, который придерживался ровно тех же взглядов на окраины и сепаратизм. Цитирую из речи вождя от 1925 года (ссылка):
В 1912 году, когда мы, русские марксисты, набрасывали первый проект национальной программы, мы не имели еще ни на одной окраине Российской империи серьезного движения за независимость. Однако, мы сочли необходимым включить в свою программу пункт о праве наций на самоопределение, т.е. о праве каждой национальности на отделение и самостоятельное государственное существование.
В любом случае, крепостной крестьянин, вопреки распространённому мнению, не был рабом в античном или американском смысле. Не был рабом и прикреплённый к колхозу советский колхозник сталинской эпохи, однако всё же у крепостного крестьянина было одно важное преимущество. С разрешения барина он мог открыть своё дело, после чего, приложив усилия, выкупить себя и свою семью.
Только три примера из числа тех, которые мы с вами уже обсуждали.
1. Абрикосовы. Основатель династии, крепостной крестьянин Степан Абрикосов открыл лавку сладостей и стал купцом третьей гильдии. За следующий век бизнес сильно разросся. Вы, вероятно, знаете кондитерскую фабрику Абрикосовых (которая носит сейчас имя экстремиста Бабаева) и построенный Агриппиной Абрикосовый роддом, переименованный в советское время в роддом имени Крупской. 2. Никитины. Крепостной Андрей Никитин начал работать плотником в 13 лет. Стал десятником, потом — главным приказчиком. Выкупил себя и свою семью. В 37 лет был уже купцом первой гильдии: строил дороги и мосты, открыл мануфактуру. Расширил Борисо-Глебскую церковь во Владимире, основал приют. Династия Никитиных вела дела до 1917 года, когда случилось понятно что. 3. Бокарёвы. Крепостной крестьянин Даниил Бокарёв изобрёл устройство для добычи масла из семян подсолнечника, вскоре открыл маслобойный завод. Потомки изобретателя владели уже несколькими маслобойными заводами и огромной усадьбой.
2. Никитины. Крепостной Андрей Никитин начал работать плотником в 13 лет. Стал десятником, потом — главным приказчиком. Выкупил себя и свою семью. В 37 лет был уже купцом первой гильдии: строил дороги и мосты, открыл мануфактуру. Расширил Борисо-Глебскую церковь во Владимире, основал приют. Династия Никитиных вела дела до 1917 года, когда случилось понятно что.
3. Бокарёвы. Крепостной крестьянин Даниил Бокарёв изобрёл устройство для добычи масла из семян подсолнечника, вскоре открыл маслобойный завод. Потомки изобретателя владели уже несколькими маслобойными заводами и огромной усадьбой.
Схожее положение было и у колхозников при Сталине: председатель мог отпустить их в город… а мог и придержать, не дать справку.
Чтобы не утомлять вас документами, приведу два художественных примера, которые свободно прошли советскую цензуру, так как особенности колхозного строя были общеизвестны.
1. Владимир Тендряков, «Кончина» (1968). Один из главных героев повести вынужден остаться в колхозе. Он поссорился с председателем колхоза, который пытался забрать к себе в гарем его девушку, и председатель отказывается его отпускать. 2. Драма «Председатель» (1964). Председатель колхоза, главный герой фильма и безусловно положительный персонаж, отказывается отпускать на учёбу прикреплённую к колхозу молодёжь: девушку и парня. По-отечески объясняет подопечным, что они глупы, так что им следует остаться в колхозе, выполняя посильный их интеллекту сельскохозяйственный труд.
2. Драма «Председатель» (1964). Председатель колхоза, главный герой фильма и безусловно положительный персонаж, отказывается отпускать на учёбу прикреплённую к колхозу молодёжь: девушку и парня. По-отечески объясняет подопечным, что они глупы, так что им следует остаться в колхозе, выполняя посильный их интеллекту сельскохозяйственный труд.
После отмены крепостного права в 1861 году стало ещё проще: Российская Империя в свои последние десятилетия была настоящей страной возможностей для деятельных людей. Мы были тогда во многом похожи на США, где, кстати, отменили рабство в 1865 году.
После коллективизации, в 1930-е или 1950-е, большую часть социальных лифтов для колхозников заколотили. При хороших отношениях с председателем колхозник мог покинуть колхоз, но это был максимум. Открыть свою лавку, мастерскую или ферму, как делали крепостные крестьяне начала 19-го века, колхозник из РСФСР ни при каких обстоятельствах не мог.
Справедливости ради добавлю, что у молодых советских колхозников мужского пола был законный способ покинуть колхоз без разрешения председателя: для этого надо было отслужить в армии и правильно оформить документы при демобилизации. Семью, однако, всё равно приходилось оставлять в колхозе: родителей вчерашнего солдата и его невесту председатель имел возможность не отпускать.
Менее известно, что крестьянские выступления против советской власти, вызванные отбором хлеба, конфискацией имущества и сгоном в колхозы, продолжались ещё как минимум десятилетие. Вот, к примеру, докладная записка ОГПУ о «классовой борьбе» в деревне (ссылка). Из неё мы узнаём, что в одном только 1930 году в выступлениях против советской власти участвовали как минимум 2,5 млн человек. Цитирую:
В 1930 г. активные антисоветские проявления в деревне острием своим направлены против коллективизации; массовые выступления, террор все более отчетливо приобретают по преимуществу антиколхозный характер.
<…>
В 1930 г. из 13'794 терактов только 1402 теракта (10,2%) совершены на почве хлебозаготовок и 7885 (57,2%) на почве коллективизации и раскулачивания.
В массовых и групповых антисоветских выступлениях в деревне в общей сложности участвовало в 1930 году свыше 2468 тысяч человек… В числе массовых выступлений 176 имели повстанческий характер.
Примечание: здесь взяты лишь такие вооруженные выступления, которые проходили под лозунгом свержения Советской власти, руководились повстанческими группами, сопровождались разгоном сельсоветов, взятием заложников, попытками расширения территории, охваченной восстаниями, и активным сопротивлением властям.
Приводим наиболее характерные кулацкие антисоветские лозунги в обнаруженных в 1930 году листовках:
1. «Долой коммуны, даешь единоличное хозяйство» (Урал). 2. «Долой коллективизацию, да здравствует столыпинщина» (УССР). 3. «Долой гиганты. Да здравствует свободное единоличие. Долой коммунизм» (СКК). 4. «Долой Советскую власть и колхозы. Долой колхозный сев, не давайте сеять колхозникам» (УССР, СКК). 5. «Долой насилие. Да здравствует свободный труд. Да здравствует истинное выборное право» (Сибирь, Московская обл., БССР); «Долой кооперацию, да здравствует вольная торговля». «Мы призываем всех, как одного, идти против социалистической стройки… нам социализм не нужен, нам нужен дешёвый хлеб, дешёвый товар, нам нужен действительно свободный труд и отдых» (Западная Сибирь). 6. «Долой ленинский коммунизм. Долой пятилетку. Давай царя, индивидуальные хозяйства и старые права» (УССР), «Пятилетка — моровая язва для крестьянства» (НВК). 7. «Советская власть — враг, религия — друг» (ЦЧО). 8. «Граждане, встаньте как один человек на защиту Учредительного собрания, единственного выразителя истинной воли народа» (Московская обл.). 9. «Бороться за свободу — дело самого крестьянина» (СВК). 10. «Долой тиранов-коммунистов. Да здравствует слово свободы и свободный крестьянский труд» (СВК), «Да здравствует демократическая республика» (СВК), «Даешь президента» (НВК). 11. «Да здравствует капитализм, царь и Бог, долой самодержавие коммунизма» (ЦЧО).
2. «Долой коллективизацию, да здравствует столыпинщина» (УССР).
3. «Долой гиганты. Да здравствует свободное единоличие. Долой коммунизм» (СКК).
4. «Долой Советскую власть и колхозы. Долой колхозный сев, не давайте сеять колхозникам» (УССР, СКК).
5. «Долой насилие. Да здравствует свободный труд. Да здравствует истинное выборное право» (Сибирь, Московская обл., БССР); «Долой кооперацию, да здравствует вольная торговля». «Мы призываем всех, как одного, идти против социалистической стройки… нам социализм не нужен, нам нужен дешёвый хлеб, дешёвый товар, нам нужен действительно свободный труд и отдых» (Западная Сибирь).
6. «Долой ленинский коммунизм. Долой пятилетку. Давай царя, индивидуальные хозяйства и старые права» (УССР), «Пятилетка — моровая язва для крестьянства» (НВК).
7. «Советская власть — враг, религия — друг» (ЦЧО).
8. «Граждане, встаньте как один человек на защиту Учредительного собрания, единственного выразителя истинной воли народа» (Московская обл.).
9. «Бороться за свободу — дело самого крестьянина» (СВК).
10. «Долой тиранов-коммунистов. Да здравствует слово свободы и свободный крестьянский труд» (СВК), «Да здравствует демократическая республика» (СВК), «Даешь президента» (НВК).
11. «Да здравствует капитализм, царь и Бог, долой самодержавие коммунизма» (ЦЧО).
Удовлетворить крестьян Сталин не мог. Сразу после 1917 года коммунисты на долгие 75 лет отобрали у народа право выбирать по той очевидной причине, что на первых же сколько-нибудь свободных выборах народ проголосовал бы за кого угодно, лишь бы против своих мучителей-коммунистов.
Поэтому народу оставалось только возмущаться отсутствием выборов, за что в сталинском СССР тоже жестоко наказывали. К примеру, Михаил Фёдорович Бусов работал в Мытищах электромонтёром фабрики «Пролетарская Победа». Товарищ Бусов имел неосторожность возмутиться на людях тем, что начальство заранее вписывает кандидатуру в бюллетень, а попробуй предложи свою — посадят. Цитата из уголовного дела: «Это не выборы, а камедия, голосовать заставляют итти насильно». За столь жёсткую критику советской власти Михаила Фёдоровича расстреляли.
P. S. Возвращаясь к вчерашней теме про Русскую промышленную революцию начала 19-го века (ссылка). Упомянутая «Пролетарская Победа» — бывшая суконная фабрика крестьянки Пелагеи Чернышевой, одинокой вдовы с детьми. Она начала при Николае I почти с нуля и построила за пару десятилетий крупное производство, которое в итоге перешло в руки коммунистов и было переименовано ими в честь своей победы.
Я согласен далеко не со всеми тезисами из письма: к примеру, репрессированных и сосланных были не сотни тысяч, а многие миллионы. Однако всё же я считаю нужным опубликовать письмо и обсудить. Собственно, вот оно:
Я очень удивлён тем, что предприниматели голосуют за социалистов.
Мой прадед был заместителем директора маслотреста в РСФСР. Он выступил против насильственной коллективизации. В 1933 году его осудили на 10 лет за то, что он вступился за русских крестьян. Во время нахождения в лагере он, обладая высшим агрономическим образованием, пас лошадей. Это ответ неокоммунистам об одной из причин голода в СССР — сажали квалифицированных специалистов в области сельского хозяйства. Его выпустили во время ВОВ из лагеря — он был уже сильно болен. Вскоре он умер. Его сын (дядя моей мамы) — сражался на войне. Его дочь — моя бабушка, в тылу сражалась с инфекционными заболеваниями (она была врачом). В 1956 году мой прадед был реабилитирован. То есть его и семью мучали без вины.
Тот факт, что якобы только путем насильственной коллективизации можно было обеспечить проведение индустриализации, считаю сомнительным аргументом. В результате насильственной коллективизации, а также последующих репрессий, сотни тысяч советских людей были убиты, сосланы, посажены. А ведь все эти люди, если бы они остались в живых и при своём социальном статусе, они смогли бы сделать для своей страны очень многое.
Страна не нуждалась в гигантском количестве военной техники, которая была выпущена с 1930-х годов. Это показали события 1941 года. Обнаружилось, что значительная часть техники просто небоеспособна — не производилось достаточного количества запасных деталей. Качество техники было низким — моторесурс был очень мал у многих образцов. Экипажи были недостаточно обучены. Применение механизированных частей очень часто не учитывало низкий моторесурс, то есть было недостаточно квалифицированное командование. Техника быстро устаревала.
На вооружении состояло много танков различных типов, что затрудняло снабжение. После гибели большей части советских танков в приграничном сражении и при последующем отступлении обнаружилось, что конница вполне может быть ответом на удары танковых войск Германии — были случаи нанесения поражений конницей СССР танковым войскам Германии в 1941 году. Противнику достались в 1941 году некоторые военные предприятия и их персонал. В частности, Харьковский завод — его работники успешно модернизировали и чинили танки Т-34 для СС. Значительное число танков, в том числе новейшие КВ и Т-34, достались врагу (я видел фотографии новейших тяжелых танков КВ на железнодорожных платформах, а рядом — гитлеровцы), даже не вступив в бой.
Сама индустриализация происходила за счет займов США с помощью рабочих и инженеров из США. Их пришлось привлекать, потому что квалифицированные кадры погибли в Гражданскую войну, уехали за границу, частично бежали в деревню и там вновь стали крестьянами. При этом значительная часть продукции была некачественная (брак), оборудование ломали привлеченные к работе неквалифицированные советские рабочие.
Получается, что сотни тысяч русских крестьян лишили имущества, тысячи лишили жизни ради такого сомнительного результата, тысячи насильственно переквалифицировали в лесорубы? Лучше бы эти люди пошли в бой в составе конных дивизий и разгромили врага, чем валялись бы в расстрельных ямах с простреленной головой или валили бы лес в Сибири.
P. S. Не понимаю, как можно оправдывать насильственную коллективизацию. Она же проводилась в нарушение «Декрета о земле». Получается, что оправдывающие её — настоящие антисоветчики! Получается, что большевики обманули крестьян — пообещали землю, а потом лишили не только земли, но и закрепостили крестьян — посадили их на барщину. Кроме того, заставили советских крестьян платить ещё и оброк (сельхозналог брали с крепостных колхозников в натуре). Как можно выступать за жесточайшее крепостничество!? Ведь если советский крестьянин бежал, то его осуждали по уголовной статье и водворяли опять в колхоз. В точности, как беглых крепостных при царях возвращали их помещикам.
Кстати, немецкие оккупанты колхозы зачастую не распускали — это была очень удобная система для грабежа русских людей. P. P. S.: Я очень горжусь своим прадедом — он выступил против порабощения русского народа. Фактически он заплатил за это своей жизнью!
P. 3. S.: Фактически высшие бонзы большевиков предали русских крестьян, которые реально, с оружием в руках сражались за советскую власть. Минимум два крестьянских восстания против насильственной коллективизации — в Красноярском крае и в Забайкалье, были подняты бывшими красными партизанами, сражавшимися с белыми и интервентами в Гражданскую войну. При этом высшие слои большевиков лечились за границей, ездили на «Роллс-Ройсах», имели прислугу, жили в хоромах. И ненавидели русских крестьян, то есть большинство русского народа. Ярким представителем таких большевистских бонз был Максим Горький, который написал еще в 1922 году произведение, являющееся «шедевром» мировой русофобии — статью «О русском крестьянстве». Максим Горький, будучи членом РСДРП (б), несколько лет прожил в фашистской Италии в роскошных условиях и при этом не допускал критику фашизма. Приехав в СССР, он продолжил роскошную жизнь (на фоне не лучшей жизни большинства граждан СССР) и публично поддержал закрепощение русских крестьян.
На всякий случай ещё раз повторю, что выше — не мой текст, а письмо читателя, и что я не готов согласиться с каждым тезисом из письма.
Я люблю именно такие биографические истории, они напоминают мне компьютерные игры. Начал с нуля, работал, прокачивал навыки. Понятным и закономерным образом достиг заметных результатов.
Вот, собственно, рассказ:
В первом классе у меня в школе был одноклассник: дворничихин сын, который не интересовался учёбой. В первом же классе он остался на второй год. Потом ему стало скучно ходить в школу, так как он всё уже проходил в прошлом году. Уроки дома он не делал, занимался мелкими гешефтами. Летом, после окончания второго класса, я с ним ходила собирать пустые бутылки на пляже: около стадиона имени Ленина и на стадионе имени Кирова в Ленинграде, где проходили автогонки вокруг самого стадиона. А после третьего класса мы с ним ездили в Петродворец на электричке на заработки: тоже собирать бутылки в нижнем парке. Обратно возвращались на «Метеоре», который за полчаса довозил нас по Финскому заливу до Тучкового моста, да ещё у нас оставалось рубля по полтора заработанных денег. Это был 1968 год.
Иван всегда искал возможность заработать в разных местах. Например, помогал в столярной мастерской от жилконторы. Ещё что-то делал в сапожной мастерской. Платили ему мало, но на карманные расходы хватало. Ещё летом мы с ним собирали шампиньоны на бульваре 18-й линии Васильевского острова и продавали их пенсионерам по 20–30 копеек за килограмм. Своей маме Иван помогал работать во дворе, особенно при уборке снега зимой.
Ещё он занимался уборкой в квартире у пожилых больных людей. Ходил для них за продуктами по магазинам [в СССР посещение магазина было куда как более трудоёмким делом, чем сейчас — прим. О.М.]. Так он познакомился с вузовским преподавателем математики на пенсии, у которого были проблемы с ногами. Этот преподаватель ему платил немного денег, а ещё начал заниматься с ним по школьной программе. В результате в 11 лет парень научился решать квадратные уравнения по программе для восьмого класса, также преподаватель нашёл ему других учителей, которые подтянули его по своим предметам.
У Ивана день рождения был во второй половине сентября, поэтому его в школу с семи лет не взяли, так что он начал учиться почти в 8 лет. Полгода разницы в таком возрасте значительна, так что круг интересов у него и одноклассников различался.
Ивану не понравилась классная руководительница. У него были проблемы с чтением, и он до конца первого класса так и не научился читать: читал по складам, совершенно не понимая смысла прочитанного. На прочтение букв уходила вся энергия. А по арифметике у него было всё нормально, но из-за того, что его начала гнобить классная руководительница, он перестал и арифметику учить: так в итоге и остался на второй год в первом классе. В следующем учебном году ему стало совсем скучно общаться с малышами, и он отдалился от коллектива одноклассников. Когда он повторно закончил первый класс, его всё же перевели во второй, хотя бегло читать он так и не научился. Во втором классе его опять оставили на второй год и перейти в следующий класс ему удалось только со второго раза. Далее он стал прогуливать уроки, и классная преподавательница махнула на него рукой.
В конце учебного года Ивана перевели в третий класс, но он хотел, чтобы его перевели в 5 класс, как минимум. Поэтому в 3 класс в начале учебного года он даже не пришёл, сославшись на плохое самочувствие. Потом пришёл ко второму уроку, высидел неполные 45 минут и свалил. За это его стали терроризировать в школе учителя, и тогда он предложил решить задачи по математике за восьмой класс, пояснив, что в третьем классе ему делать нечего. Вышел к доске и стал решать квадратные уравнения «с диалогом», разбирая ход решения вслух, как будто он сам был преподавателем вуза. Немало удивившиеся учителя перевели его тогда к ровесникам, в пятый класс. Однако и в пятом классе Иван учиться тоже не стал.
Ещё весной он увлёкся ремонтом автомобиля соседа-пенсионера, жившего в том же дворе. Сначала помогал ему мыть машину, а потом и ремонтировать её с разборкой, сборкой и покраской — прямо в гараже. За эту работу он не получал больших денег, но ему было интересно. Ещё он начал помогать одной женщине в штукатурно-малярных работах: зачищал стены, клеил обои, убирал мусор. За одну комнату малярше платили примерно по 20 рублей, а Ивану она отдавала из этих денег примерно по 5 рублей — это за два-три дня работы по несколько часов в день. Потом он стал брать уже самостоятельные заказы на поклейку обоев, причём готов был принимать часть оплаты облигациями двухпроцентными займами «Восстановления и развития народного хозяйства», по своему курсу.
В сентябре было много заказов на ремонт комнат в коммунальных квартирах, и ему было просто некогда ходить в школу.
Отдельно надо рассказать про облигации. В первом классе, в начале учебного года, мы начали играть в деньги, и несколько учеников принесли валявшиеся дома в шкафах займы у родителей: без их спроса [в СССР такие займы государство всучивало трудящимся силой, так что они лежали мёртвым грузом почти у всех — прим. О.М.]. Ивана увлекла эта игра. Он пропускал обеды в школьной столовой и с упрямством фанатика скупал на сэкономленную мелочь облигации у одноклассников. Например, за облигацию номиналом 200 рублей старыми Иван давал 1 рубль новыми, если облигация была из первых выпусков с 1948–1949 годов, а за более поздние займы давал меньше, по 50 копеек. Потом в классе были разбирательства по этому поводу, но всё замяли, так как куплей и продажей займов увлеклись многие ученики в классе: их меняли на значки и марки, на них даже играли в трясучку, если кончались монеты.
Продавал Иван займы около Сенного рынка за бо́льшую цену: допустим, за 2 рубля. В итоге он за несколько лет собрал около 250 облигаций, но о масштабе его накоплений никто не знал. Дальше он стал покупать займы у завсегдатаев пивного ларька, а потом нашёл место в Ленинграде, где их можно было выгодно продать. Например, он покупал займ номиналом 200 рублей старыми (20 рублей новыми) за 1 рубль (иногда и за 50 копеек), а продавал этот займ за 2 рубля на рынке у площади Мира перекупщикам, которые, в свою очередь, продавали эти займы уже за 3–4 рубля.
Некоторые тратили на займы лишние деньги, надеясь много заработать, когда государство погасит свои долги. В первой половине 1970-х годов объявили, что займы будут погашать с середины 1970-х годов, начав с серий 1948 года, и тогда рыночный курс этих займов резко вырос.
В школу Иван так и не начал ходить: ему пришлось помогать своей маме, которая из-за проблем с суставами больше не могла работать дворником.
Впрочем, учиться Ивану было бы трудно, так как он совершенно ничего не читал из школьной программы по литературе. Его она просто не интересовала, так как он с трудом воспринимал напечатанный текст: даже прочитав, он не понимал смысла прочитанного. Более-менее бегло читать Иван научился только в 12 лет. Он интересовался в основном научно-технической и исторической литературой. Художественные книги не читал, времени на них у него не было. Потом заинтересовался экономической литературой и географией, ещё физикой и химией.
Его совершенно не интересовали иностранные языки и художественная литература, а диктант он никогда не мог написать хотя бы на три балла — всегда получал двойку. Таким образом, учиться в школе и переходить из класса в класс он не мог (одной математики было недостаточно).
Мама научила Ивана шить на швейной машинке, и в 12 лет он мог сам сшить себе одежду и отремонтировать обувь. Дальше его устроили в техническое училище — учиться на автослесаря или автоэлектрика, но после 13 лет я с ним не общалась, так как они с мамой уехали из комнаты, выданной по лимиту за дворницкую работу. Вероятно, им дали какую-нибудь жилплощадь в коммуналке в Ленинграде. Это был 1971 год.
Через 8 лет я встретила Ивана на Приозерском шоссе. Я проголосовала, и остановился самосвал: за рулём был Иван. Он рассказал, что техническое училище не закончил, но сам потом устроился работать в гараж, купил диплом и права. Начал работать водителем на самосвале и бетономешалке. Сказал, что строит свой дом за городом из кирпича на деньги, вырученные от продажи займов.
Следующая встреча с Иваном была в 1989 году, на площади Александра Невского. Он был за рулём собственного мерседеса. На всякий случай: выше была история Саши Мосиной, не моя. От себя же я добавлю, что мерседес в 1989 году был признаком высокого достатка. Уже не запредельным богатством, как в 1970-х, когда на мерседесах ездили только самые известные актёры и дети партийной номенклатуры, но всё ещё недоступной для простых людей машиной: вот примерно как свежий бентли сейчас.
Власть жалуется на дефицит средств и урезает социальные расходы. Но существенное повышение доходов государства — отнюдь не фантастика. КПРФ предлагает Бюджет Развития. Минимум 30 триллионов рублей дополнительно мы изыщем без промедления.
В банках лежат 67 триллионов рублей граждан и 63 триллиона — предприятий. В сумме — 130 триллионов. Три бюджета — это гигантские средства. Банки наживаются на них, не вкладывая в развитие страны. Это полное безобразие! Коммунистам поверили: в вопросах массовых грабежей им можно полностью доверять. Собственно, как только они пришли к власти в 1917 году, так сразу и начали потрошить имперские банки с народными деньгами: это ещё даже до того, как организовали гиперинфляцию рубля. До самого печального конца в 1991 году коммунисты регулярно кидали советский народ: то конфискационную денежную реформу проведут, то заставят купить облигаций на зарплату за пару лет, а потом сами себе долг простят.
Грабить банки, конечно, глупо: план на уровне «зарезать корову-кормилицу, чтобы один раз шашлыка поесть». Этим, кстати, коммунисты тоже отметились: смотри «Рязанское чудо», например.
Более того, вклады ведь не «лежат» в банках. Вклады уравновешивают выданные кредиты, то есть как раз работают на экономику и на финансирование Спецоперации. Будьте уверены, если бы банки не могли с выгодой пустить в дело деньги вкладчиков, они бы таких процентов и не платили.
Тут можно было бы ещё сказать, что грабить банки не только глупо, но и аморально, так как вкладчики и акционеры — наши сограждане… однако, как гласит известная пословица, «коммунист — враг народа». Чего тут ещё объяснять.
Интересно же вот что. В принципе, все понимают, что у двух партий людоедов такое амплуа: соблазнять люмпен-электорат вариациями на тему «надо поступить по справедливости, отнять и поделить». Раньше прокатывало, так как придворные социологи наперебой доказывали, что нашему народу деньги не нужны, а нужны водка, фуфайка и лицемерные мантры о справедливости с высоких трибун.
Теперь ситуация изменилась: наши элиты потихоньку начинают осознавать, что идея нищего коллективизма с красным флагом и под началом толстомордых партийных бонз вызывает у народа резкое отторжение. С другой стороны, банки — очень демократичный институт, так как там вклады на 50 тысяч рублей лежат в одной базе данных с вкладами на 50 млрд рублей. Поэтому стоило только товарищу Зюганову слегка перегнуть с шариковщиной, как ему тут же начали звонить с просьбой сдать назад.
Глава компартии немедленно заявил, что «Вклады граждан священны», и что он имел в виду сугубо добровольный формат: переток вкладов в финансирование производства через снижение ключевой ставки (ссылка).
Это к вопросу почему капитализм крепче коммунизма. Потому что при коммунизме действует аналог спартанской системы, когда сверху сидят «спартанцы», которые всем управляют, а снизу страдают илоты-колхозники, которые не имеют никаких прав, кроме обязанности сдавать спартанцам хлеб. Спартанцам глубоко безразличны проблемы илотов: пусть хоть с голоду гибнут. Илоты, в свою очередь, спят и видят, как бы освободиться от ига оккупантов.
При капитализме иначе. Фермеры, рабочие и лавочники хранят деньги в тех же банках, что и высокое начальство, и влиятельные силовики, например. Поэтому любая попытка сломать или пошатать систему встречает дружное сопротивление на всех уровнях. Все шкурно заинтересованы в том, чтобы в России всё было стабильно и зажиточно, без революций и грабежей.
Для сравнения: при Сталине в богатых (!) колхозах выдавали 2 килограмма зерна на трудодень, а в бедных колхозники работали на полях бесплатно (пример).
Климент Ворошилов, матёрый экстремист и один из самых высокопоставленных советских вельмож, вспоминал о дореволюционных порядках (ссылка): «Хорошие мастера чугунного литья зарабатывали ежемесячно до 100–120 рублей, а иногда и больше».
Для понимания, что такое 120 рублей. Легендарная хрустящая французская булка стоила в Империи от 2 до 5 копеек. Допустим, даже 5 копеек. Получается, что на дневную зарплату рабочий мог купить 100–200 французских булок: нахрустеться всласть всей семьёй, ещё и соседей досыта накормить.
Кстати, ещё для контраста, вот воспоминания жандарма о казни нескольких социалистических террористов. Характерное: товарищ прокурора упал в обморок во время процедуры, а самому жандарму стало так дурно, что он потом 3 дня не мог ничего есть. Ещё характерное: одному из террористов, больному сифилисом в последней стадии, комендант послал обед, а жёны офицеров — фрукты. И, наконец, про французскую булку. Цитирую (ссылка):
[Каляева] спросили, не хочет ли он чаю, и после утвердительного ответа подали ему, как подают в трактирах два чайника: с чаем и кипятком, прибор для чая и французскую булку.
Справедливости ради, упомянутая Ворошиловым зарплата в 100–120 рублей была значительно выше средней: за вредную и тяжёлую работу с горячим металлом платили больше, чем за лёгкий или неквалифицированный труд. К примеру, Никита Хрущёв, будучи начинающим слесарем, зарабатывал в свои 20 лет всего лишь 45 рублей. Этих денег, впрочем, хватало ему на отдельную квартиру и сытную еду, включая сало и белый хлеб. Как выразился сам Никита Сергеевич, когда он вёл партийную работу в Москве и был уже важным советским начальником, он и половины этого не имел (ссылка).
С другой стороны, и зарплаты в 100+ рублей отнюдь не были редкостью или исключением. Вот как, к примеру, газета «Правда» сетует в 1912 году на провал забастовки на Невском судостроительном заводе (ссылка):
…формовщики, слесаря и машинисты при паровых кранах категорически отказались, заявив, что «мы и так хорошо зарабатываем от 2 руб. 50 коп. до 4 руб. в день…
Трудовой коллектив был вполне удовлетворён своими заработками, а собрать группу крепких ленинцев, чтобы избивать несознательных рабочих, не получилось.
В общем, заработки до революции были вполне достойными. Советский академик Струмилин писал в книге «Очерки экономической истории России и СССР», что уровень реальной оплаты труда был до 1917 года не ниже 85% от американского.
Что касается условий жизни до революции — жильё, больницы, санатории, магазины — это тема для отдельного поста. Сейчас укажу только, что на приложенной к посту фотографии как раз находится дом для рабочих (ссылка). Построили его во время Первой мировой войны, в 1914–1915 годах.
Футболку "Провидѣніе" можно приобрести по e-mail: providenie@yandex.ru
Застолби свой ник!
Источник — olegmakarenko.ru
